Ярощенко, В. Жди меня, и я вернусь… / Владимир Ярощенко // Четверг. — 2025. — 27 ноября (№ 96). — С. 4.
Литературное наследие Константина Симонова огромно. Но Симонов вошел бы в историю мировой поэзии, написав только одно стихотворение — «Жди меня». В годы войны оно было невероятно популярным, его читали, перечитывали… И сегодня скажите любому из нас «Жди меня» — и он продолжит: «…Ия вернусь. Только очень жди…» Это стихотворение проникало в душу и сердце человека не только в военное, но и в мирное время, оно — вечно…
Константин Симонов был бесстрашным военным корреспондентом, журналистом, он пробирался очень часто в самое пекло, не щадил себя… Часто он бывал в шаге от смерти: уговорил моряков взять с собой в боевой поход на подводной лодке, которая отправлялась минировать румынские порты, ходил в атаку вместе с пехотинцами, летал на самолете на боевое задание.
И все, что он писал о войне, о маршалах и рядовых, он испытал на себе, особенно в самый сложный и трудный период Великой Отечественной войны, когда порой радости не было и оставалось только верить, бороться на фронте и в тылу. Душа народа и душа поэта были едины.
…1983 год. Руководство и сотрудники Линейного отдела милиции на станции Могилев поздравляли с 60-летием участницу Великой Отечественной войны Клавдию Александровну Леонову. Она работала начальником канцелярии отдела. Я был в те годы молодым замполитом отдела и организовывал торжество.
Клавдия Александровна расчувствовалась и в конце мероприятия, поблагодарив всех, вдруг вспомнила стихотворение «Жди меня» Константина Симонова, и рассказала о встрече с известным журналистом и поэтом на Северном флоте в октябре 1941 года.
— В отряде десантных катеров, которые базировались за Североморском, я, молодая девушка из Воронежской области, служила секретарем-машинисткой, — начала свой рассказ Клавдия Александровна. — Изведали мы и бомбежки фашистской авиации, и артиллерийские обстрелы с суши и моря, жили в блиндажах и землянках, но Северный флот и Карельский фронт устояли!
— Как я понимаю сейчас, — продолжила Клавдия Александровна, — руководство флота решило преподнести фашистам своеобразный «подарок» к 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, хорошенько «пощипать» их артиллерийские батареи на побережье. И вот накануне праздника в штабе появился военный корреспондент Константин Симонов: его многие узнали, хотя все тогда происходило под покровом строгой военной тайны. Вместе с десантниками в опасный поход отправился и Константин Симонов. В штабе с тревогой ожидали их возвращения. Оказалось, что командир отряда разрешил Константину Михайловичу (тот его уговорил) высадиться с десантниками на вражеский берег. И случись что с корреспондентом, нашему командиру не сносить бы головы, пошел бы под трибунал,
— рассказывая, разволновалась Клавдия Александровна.
— Но все обошлось, десантники скрытно подошли и уничтожили немецкую артиллерийскую батарею и без потерь вернулись на базу. Какой это был праздник! В штабе организовали большой обед и наших героев отогревали спиртом — других напитков просто не было. Спирт отогрел их души, в том числе и молодого журналиста Симонова. Он поднялся из-за стола и начал читать стихотворение: «Жди меня, и я вернусь, только очень жди…» Это было так кстати, что все растрогались, благодарили поэта. Это стихотворение мы слышали впервые из уст автора, оно нигде еще не печаталось — мы были счастливы!
— Меня усадили за пишущую машинку и под диктовку Константина Симонова я напечатала стихотворение. Его текст раздали всем присутствующим в штабе, — завершила свой рассказ Клавдия Александровна.
… Война завершилась Великой Победой! В кареглазую воронежскую красавицу влюбился военный летчик Александр Зайцев и привез ее на свою родину, в Могилев.
Здесь, на улице Кирова, они построили свой дом, вырастили красивых и умных детей…
Время неумолимо: Клавдия Александровна и Александр Алексеевич нашли свое упокоение на Грузовском кладбище.
Сохраним о них вечную память…
***
Историческая справка-послесловие
Поверьте, читатели: все в рассказе Клавдии Александровны правдиво и подтверждается фактами, событиями и документами. Действительно, стихотворение «Жди меня» Константин Симонов написал в июле-августе 1941 года. И посвятил его актрисе Валентине Серовой.
Из письма К.М. Симонова читателю (1969 год): «У стихотворения «Жди меня» нет никакой особой истории. Просто я уехал на войну, а женщина, которую я любил, была в тылу. И я написал ей письмо в стихах…»
Первоначально стихотворение не предназначалось для публикации — как слишком личное; тем не менее Симонов не-; однократно читал его друзьям, своему товарищу — фотокору Григорию Зельме, и для него автор переписал стихотворение из блокнота, поставив дату: «13 октября 1941 года, Мурманск». 9 декабря 1941 года Симонов прочитал свое стихотворение в радиоэфире.
На основе отзывов в конце 1941 — начале 1942 года все-таки согласился отдать его в печать. Симонов пытался опубликовать стихотворение в газете «На штурм» (печатном органе 44-й армии), и в «Красной звезде», где тогда работал, однако оба издания ему отказали. Впервые оно было напечатано в «Правде» 14 января 1942 года на третьей полосе.
Мой старший товарищ по «Русскому обществу» и литературному объединению «Ветеран» И.И. Мартынов известен в Могилеве как исследователь жизни и творчества К.М. Симонова. Он согласился с содержанием моих скромных изысканий и дополнил их, за что я ему благодарен.
— Моряки-десантники, в отряде которых был и Константин Симонов, действительно уничтожили немецкую береговую артиллерийскую батарею на Пикшуевом мысе, — уточнил Иван Иванович.
В сборнике «Симонов и Могилев вместе с 41-го…» (издательство информагентства «Могилевские ведомости») в очерке «Константин Симонов и оборона Могилева» Иван Иванович Мартынов исследовал, сопоставил, сделал выводы по многим эпизодам из жизни поэта и обороны г. Могилева.
— Истоки стихотворения «Жди меня», — утверждает Иван Иванович, — возникли у Симонова на Буйничском поле!
Посещение Буйничского поля в июле 1941 года, с громадой подбитых танков, мужество солдат и командиров, готовых драться с врагом до последней возможности без оглядки на соседей слева и справа, гордость воинов за итоги своей борьбы * все это поразило Симонова. Его вдохновили рядовые бойцы и командиры, которые знали, что они смертники, что не доживут до Победы, но все их мысли были о том, что, обороняя Могилев, они защищают Москву. У Симонова было чувство, что он этих людей больше не увидит, и что они, не говоря об этом ни слова, даже не намекая в сущности, просили его послать их женам их последние фотографии.
И Симонов свои чувства и чувства воинов выразил в стихотворении «Жди меня», и истоки его — на Буйничском поле, — не без основания полагает Иван Иванович Мартынов.
Пожалуй, мы можем с ним согласиться.