Маэстро Иванов – прославил Могилев

Бакланова, Л. Маэстро Иванов – прославил Могилев / Людмила Бакланова // Веснiк Магiлёва. — 2003. — 25 июня.

Приятная новость — Леонид Иванов стал Почетным гражданином города Могилева. «Веснік» поспешил с поздравлениями, не скрывая интереса: как чувствует себя маэстро в этом новом качестве? Леонид Леонидович признался:

— Такое звание для меня совершенно неожиданно, и я пубоко тронут вниманием к моей работе, творчеству, ко не как к личности. Значит, я нужен, значит, город тоже іеня любит, как я люблю Могилев. И сейчас хорошо понимаю, что правильно сделал, не поддавшись соблазну уехать в Минск: меня приглашали на работу в Министерство куль­туры. Я горд тем, что остался могилевчанином.

—  Что-нибудь теперь изме­нится в вашей жизни?

—  Конечно, ответственности будет больше. Но в принципе, каким я был, таким и останусь. И чтобы я ни делал, я всегда стараюсь выполнять все чест­но. Тем более, мне нравится то, чем занимаюсь. Я получаю ог­ромное удовольствие и резуль­тат.

—  Насколько народная и классическая музыка востре­бованы?

—  Спрашивается, нужна ли та музыка, которую мы тво­рим?!. Я прямо скажу — нуж­на! И говорю об этом не только как человек этой профессии. Но именно как человек этой профессии я побывал среди светской публики и крестьянс­кой; мы объездили Беларусь и всю Могилевскую область, включая глубинки. Не было ни одного концерта, чтобы нас не попросили: приезжайте еще. Наша музыка нужна. Ее долж­но быть больше, чем той, кото­рую нам навязывают, которой забит эфир.

—  Вы прослеживаете связь музыки и идеологии?!

— Конечно. Мы тоже бойцы идеологического фронта. Ска­жу так: недавно я присутствовал на концерте, где не было исполнено ни одного произве­дения белорусских композито­ров. Концерт был посвящен 70-летию Белорусской государ­ственной академии музыки.(!) 

Я возмутился и решил: приеду в Минск и на этой центральной сцене покажу, как надо уважать свой народ, свою республику. Я дал концерт в двух отделениях. В первом звучала музыка толь­ко белорусских композиторов. И дети мои — я так называю сво­их оркестрантов — с величай­шим удовольствием играли эту музыку и понимали, какое дея­ние происходит.

—  Белорусы не оскудели та­лантами?

—  Уровень наших музыкаль­ных коллективов очень высок! У нас много талантливых компози­торов, пишущих прекрасно. Нам нечего пасовать перед другими странами.

—  Тогда почему так мало знают Беларусь и ее коллекти­вы даже в России? Почему мало зарубежных гастролей? Или мне так кажется?

—  Мы белорусы, очень «па-мяркоўныя», простые, не гордые, не предприимчивые. Другие — только свое национальное про­двигают, а мы легко чужое впус­каем. Конечно, отчасти и воз­можностей нет, нет инициативы продюсеров. Хотя, ректор нашей академии где только ни побывал со своим симфоническим оркестром. Так что, дело в нас самих. Надо о себе заявлять, надо идти вперед.

—   В мире ваших интересов только музыка?

—   Отнюдь. Я должен быть в курсе всех республиканских и международных событий. Если «Время» или «Навіны» не посмот­рю, значит — упустил что-то важное. Мне совершенно не без­различна судьба страны, наше­го города, могилевчан. Я наблю­даю и сопереживаю происходя­щее.

Однажды проехал через всю Беларусь и обратил внимание — какая чистота вокруг, какой по­рядок. Раньше в Литве нас это удивляло. Хочу отметить: мы живем спокойно. И, поверьте, это тоже дорогого стоит. Многое познается в сравнении, и во мно­гом Беларусь выигрывает.

—  И ничего в жизни не бои­тесь?

—  …Никогда не задумывался над этим. В детстве боялся гро­ма и войны. Теперь — спокоен.

 

—  Леонид Леонидович, а че­ловек вы требовательный?

 

— Требовательный, но непри­хотливый. Я во всех отношениях стремлюсь к порядочности, а обмана, подво­хов, необяза­тельности не терплю. Вплоть до того, что иногда могу и выйти из себя, если качество работы не уст­раивает.

—   Забы­вать обиды, прощать уме­ете?

—   Умею. И это считаю не­обходимым в жизни, особен­но по отноше­нию к студен­там. Когда че­ловек осознал свою ошибку — это тоже ре­зультат моей работы. Я бы­ваю жесток, но моя жестокость идет от жела­ния добра.

—   Признай­тесь, музыкантами рождают­ся? Или все же — становятся в процессе обучения, воспита­ния?

— Трудно ответить. Что каса­ется меня, то музыкантом я стал случайно. В нашей семье все пели, и я любил петь, отец играл на гитаре, так что слух, конечно, был. Но и наклонности —самые разные. Меня интересовали авиамоделирование, выращива­ние плодов на грядках, танцы: занимался в музыкальном учи­лище и все еще не мог расстать­ся с танцевальным кружком Дома пионеров.

И басни я читал, и стихи. И ри­совал! Столько, что рисунками можно выложить шоссе от Моги­­лева до Минска. Никогда не ду­мал, что стану музыкантом. Со­седу Сашке купили красивый красный в белую клетку на ме­хах баян. И он играл польку, го­пак, вальс, а я завидовал. Но у Сашки был отец — прораб, а у меня одна мама — домохозяй­ка с пятью детьми. Отец с фронта не вернулся, его не по­мню — я родился в сороковом. Тайком от мамы подал заявле­ние в музыкальную школу, и жизнь моя незаметно пошла совсем по другому руслу.

—  Чувство благодарности вам присуще?

—  Мне повезло на учителей, друзей, коллег. «Спасибо» от всего сердца я могу сказать многим. Никогда не забуду за­вуча музыкальной школы Лю­бовь Аксентьевну Плещинс-кую, дядю Колю Макаева — отца Сашки-соседа, замеча­тельных педагогов Лазаря Мар­ковича Зисмана, Еву Борисов­ну Сергееву, Ивана Лазареви­ча Павлова, педагога по клас­су дирижирования в консерва­тории — Иосифа Самуиловича Абрамиса. Поверьте, газетной полосы не хватит на перечисления.

—  А минуты особой торже­ственности помните? Когда дух захватывало от радос­ти?

—  Вершиной наибольшего успеха я считаю тот факт, ког­да мы с оркестром имели честь аккомпанировать великим пев­цам: Борису Штоколову, Вален­тине Пономаревой. И они от­крыто признавались в удоволь­ствии с нами петь: «Молодцы, ребята!». Вот это награда. А ведь аккомпанировать гораздо труднее, чем исполнять произ­ведение одному.

За дверью кабинета учени­ки терпеливо ждали маэстро: сессия в разгаре. Прощаясь, спросила:

—  Пожелания могилевча-нам будут?

Традиционных «здоровья, счастья, успехов» не последо­вало:

— Меня очень тронуло обращение мэра к горожанам. «Люди, что мы делаем?! — хо­чется воскликнуть и мне. — Одумайтесь, остановитесь». Только поставят скамейку, по­красят дом — наутро появля­ются надписи, рисунки, в подъезды не зайти, на тротуа­рах окурков полно. А красотой — восхищаются. Так нужно беречь ее, беречь свой дом, го­род, в котором живем.

Мне показалось, что даже в коротком разговоре с Леони­дом Ивановым личность его предстала ясно. Таким граж­данином мы по праву можем гордиться. Пусть в сопровож­дении его дирижерской палоч­ки пробуждающая музыка зву­чит всегда.